Прокат лимузинов, мерседесов и ретро
автомобилей от собственников в Москве
Прокат лимузинов, мерседесов и ретро авто в Москве
+7(495) 968-96-86 +7(495) 968-00-30

Как ездить на RR в РФ (Автопилот)


Любая мечта -- из тех, что возникают в уже меркнущем по позднему времени сознании, так что и не поймешь, то ли это мысль, то ли уже сон, -- может в один прекрасный день осуществиться. Поверьте мне, я знаю, что говорю, со мной так бывало уже несколько раз. Так вот: когда судьба стучится в вашу дверь и спрашивает голосом посыльного: \"Славу (деньги, любовь, кругосветку первым классом, квартиру в двух уровнях) заказывали?\" -- надо быть готовым. Надо точно знать, как именно ты используешь доставленное, чтобы было тебе счастье и потом не пришлось жалеть бесцельно прожитое.
К чему я это говорю? Да тут недавно \"Автопилот\" предложил мне автомобиль Rolls-Royce Silver Spirit 1985 года выпуска. Позвонил главный редактор и говорит: так и так, завтра утром будет у подъезда. Ты не против? У тебя какие планы на ближайшее время? Много, говоришь, дел, мотаться придется? Ну, вот и на здоровье. Расскажешь потом, как оно было. А я чуть было не спросил номер машины, да спохватился.
Джентльмен сзади. Первое впечатление: просто черный автомобиль, даже не очень большой. Более того, присмотревшись, начинаешь обнаруживать общие черты, присущие поколению, -- сзади чем-то напоминает, тьфу, прости Господи, \"Чайку\" ГАЗ-13 последнего советского разлива, фары вроде \"линкольновских\" того же времени, ручки дверные чисто \"волговские\", хром кругом по сгинувшей солидной моде... Но, присмотревшись немного пристальнее, понимаешь, что есть нечто... ну, какая-то необычность... вроде как костюм, сшитый на заказ английским портным, отличается от просто очень хорошего, даже от какого-нибудь Zegna -- прилегает по-другому, плечи чуть скошены...
Во-первых, черный цвет без всякого металлического блеска, никаких добавок, просто глубокое сияние черного лака и полировки. Во-вторых, хром -- какой-то не такой хром, другой, чуть отдающий зеленью блеск. Да и вообще не хром, как выяснилось, а серебрение или даже самое простое литое серебро, прямо куском. И дело не в том, что на воображение действует -- например, сама крылатая леди над радиатором, знаменитая \"Спирит Экстази\" (она же -- \"Дух экстаза\"), именно целиком серебряная, цена $3000 -- черт с ней, с ценой, а вот блеск другой. Здесь \"Серебряный дух\", здесь чем-то таким пахнет -- не Русью, и даже не Европой, а отдельно стоящим островом, зеленой страной овец и их владельцев, одинаковых, что лорд, что арендатор, в резиновых сапогах, но в твидовых пиджаках с галстуками, страной каминов не для красоты, а для отопления, умывальников без смесителей (увы, их все меньше и все больше обычных удобств), ледяных спален и обжигающих керамических грелок под одеялами, страной самогона с гордым именем whisky и несъедобной для иностранца кровяной колбасы, сдержанно называющейся Великобританией отдает это огромное передвижное черное зеркало с серебряными украшениями. Great Britain шибает от колесных колпаков с инициалами RR, в которых одна R, словно тень, вылезает из-под другой. Аромат United Kingdom разливается в сыром воздухе московской оттепели от радиаторной решетки ампирным домиком и серебряной женщины над нею, закинувшей назад крылья, словно ангел, делающий зарядку.
А изнутри это похоже на что угодно, только не на автомобиль. Никаких сидений, никаких \"семи позиций регулировки\" и прочей общемировой японской роскоши -- бежевые толстой кожи диваны, серебряные скобки рукояток, залоснившийся полированный орех -- не то библиотека скромного (но доступного только для членов) клуба на Стрэнде, не то карета. Вот разве что руль зачем-то, почти троллейбусных размеров черное тонкое колесо с круглой кнопкой посередке да затесавшаяся из новых, демократических времен магнитола, из которой доносится аборигенский блатняк проклятого всепроникающего \"Шансона\"...
Те, кого возят такие машины, ездят только пассажирами. В Rolls-Royce садятся только на заднее сиденье и количеством цилиндров, девяносто второго бензина на сотню, параметрами механической коробки и долговечностью стоек не интересуются.
Мотор тихонько похрипывает -- не молоденький, все же. Тяжело плывет над землей \"Серебряный дух\" -- не раскачиваясь, как расслабленные американские дредноуты, но и не подскакивая, как европейские легкомысленные компакты, твердо, но плавно перемещаясь по чужой земле. Уроженцам страны с великим колониальным прошлым не привыкать к диким местам, а выправка И джентльмен с переднего сиденья спрашивает, чуть обернувшись, у джентльмена, сидящего позади: \"Куда едем, сэр?\" И хотя \"сэр\" по местным условиям не выговаривается, а только подразумевается, из сэра как-то автоматически выскакивает: \"Домой, а потом в банк, Джек\". Хотя Джека, конечно, зовут Славой.
Джентльмен впереди. Его зовут Слава, так и написано на приколотой к лацкану пиджака картонке -- Slava, driver. На вид -- немного моложе меня (то есть застарелых средних лет), блондин средней внешности. Черный двубортный костюм с металлическими гербовыми пуговицами, белая рубашка с черным галстуком, мягкая фуражка (как у Джеймса Бонда, когда он появляется в форме коммодора) с золотыми ветками на лакированном козырьке и белые перчатки. Пальто не положено в любую погоду, в том числе и в российскую -- если погода не совпадает с британскими представлениями о ней, тем хуже для погоды. В городе он выдерживает крейсерскую скорость 60 километров в час, и заставить его ехать быстрее не может ничто -- как, впрочем, и медленнее. За все время он не остановился ни в одной пробке и практически ни у одного светофора, каким-то необъяснимым образом проезжая мимо глухо вставших на Петровке, у Столешникова, машин, поспевая всегда к зеленому на перекрестке и въезжая под \"кирпич\" при полном, но сдержанном одобрении гаишников.
Мы въехали в мой двор у Белорусской, населенный бомжами и крысами. Какой-то мужик в утреннем состоянии, увидя явление нас народу, внятно перекрестился, отгоняя таких необычных чертей. Рассыпанная на всю окружающую среду помойка заскрипела под колесами пластиковыми пакетами...
Двор мой отличается не просто мерзостью, но и тем, что среди вокзальных бродяг и одичавших собак в нем паркуются такие машины, как Mercedes CLK 320, Audi A8 (две штуки, обе серебристые) и темно-красный Opel Monterey, обвешанный всем, чем можно и нельзя. Кому принадлежит эта недешевая продукция германской промышленности, я никогда понять не мог. Во всяком случае, если бы у меня было достаточно денег на любую из этих машин, я бы не то что не жил на этой свалке, но и никогда не приезжал бы сюда. Странные у меня соотечественники... Но, как бы то ни было, проехать между этими красавцами непросто, и мой повседневный Peugeot 406 едва протискивается под любимый моим обычным водителем комментарий \"перерерожденцы!\" (понравилась \"Кысь\" Толстой). Так вот, Слава провел свой дредноут среди этих грозящих гибелью, только царапни, сцилл, будто их не было, и встал перед подъездом так, что перед задней правой дверцей не оказалось лужи -- что, по моим наблюдениям, обычному водителю вообще недоступно.
Потом, по замыслу сопровождавшей нас съемочной группы \"Автопилота\", мы должны были сфотографироваться на фоне моего дворового Ленина. Пролетарии НКВД, для которых в начале тридцатых был выстроен весь наш квартал, не могли жить без вождя ни минуты и поставили его гипсовую голову, окрашенную серебрянкой, прямо посреди двора. Подъехать к ней можно так: с разворотом на девяносто градусов между \"Мерседесом\" и ржавой \"копейкой\" взобраться на сплошь обледеневшую пешеходную дорожку -- на вид уже нашего экипажа, сантиметров на двадцать -- и пролезть между острыми углами металлического заборчика. Слава аккуратно снял фуражку, положил ее рядом с собой на сиденье, открыл левое окно, высунулся в него и поехал. Я, скажу откровенно, зажмурился, представляя себе, как трехтонная машина скатывается назад, распарывая лакированные бока о чугунные штыри, и разминает ладно бы \"мерседес\" -- \"копейку\", с которой владелец недавно отметил серебряную свадьбу... Раздалось раздраженное рычание мотора, в котором явственно слышалось goddamned fucking Russia, сладкий дымок влетел вместе с сырым воздухом в каретное нутро -- и Слава въехал.
Он рассказывает о себе скупо и только отвечая на вопросы. Уважает раритетные машины и может отрегулировать -- или просто переделать -- двигатель так, что, например, данный экземпляр ест не больше пятнадцати-семнадцати на сотню по городу. Бывший спортсмен, работал в серьезных госструктурах, соседи по дому -- весьма известные люди... Об остальном можно догадываться, но даже не очень хочется. Потому что главное я про него узнал после первых пятидесяти километров езды: лучшего персонального водителя на территории бывшего СССР я представить не могу. Возможно, они и есть, но президентом страны я еще не был, так что не встречал.
Джентльмены вокруг. Дырявые \"шестерки\", \"Волги\" с волочащимися по земле глушителями и \"Дэу\" в грязи по последний узбекский винтик просто не обращают внимания. Они, не глядя, даже без особого удовольствия обдавая новой бессолевой московской кашей, обгоняют какой-то членовоз и несутся дальше в свою жизнь.
Из паркетных джипов и немолодых \"сто двадцать четвертых\" \"Мерседесов\" щетинистые молодые люди оглядываются и показывают своим девушкам пальцами, что это просто полный финиш, а не машина. Можно прочитать по их губам \"блин, это же роллс силвер спирит восемьдесят пятого, блин, я прусь от стиля\". Обгоняют с наслаждением, дождавшись особенно глубокой лужи, чтобы заплевать сидящему сзади очкастому лоху все стекло.
И только один раз я столкнулся с адекватной реакцией. Мы подъехали к сберкассе, где я должен был доплатить налоги за позапрошлый год, когда общие тринадцать процентов были только мечтой прогрессистов, а моя налоговая инспекция ошиблась в подсчетах, и потому предложила мне, угрожая тюрьмой, немедленно исправить их прокол. А перед сберкассой уже стоял очень миленький такой \"шестисотый\" - в общем, приличный автомобиль. И из него тоже выходил господин, приехавший по банковскимм делам, -- обычный такой молодой человек, куртка кожаная Fendi, джинсы Armani. Он посмотрел на RR, перевел взгляд на меня -- и взгляд его был ясен. Не изживаемая обида читалась в этом взгляде, и обиду можно было понять: вот пашешь тут, как трактор, начинал с мочевины, сейчас ушел в цветной лом, накопил на порядочный аппарат, а какой-то человек пенсионный приезжает на RR, и ничего с этим не поделаешь, потому что уже все пацаны знают, что и новый пучеглазый, и даже S500 в двести двадцатом не стоят против \"роллса\", даже такого старого... Эх, жизнь! Облом сплошной. И прозрачно глядя мне в середину лба, он впервые в своей жизни уступил дорогу в дверях.
Прочие реакции были предсказуемы.
Гаишник в ватной куртке, поверх которой едва сходились портупея и желтый жилет, отдал было честь, но в последний момент оставил ее при себе -- тачка крутая, но не той крутизны, не государственной.
Швейцар у ресторана кинулся открыть дверцу, увидел водителя, уже открывающего белой перчаткой, и задумался о мироустройстве.
Дядька, охраняющий стоянку перед Большим театром -- я приехал на тусовку в Малый, но вылез поодаль, чтобы избежать приятельских издевательств, -- выпал из будки, без вопросов опустил веревку и понимающе прошлепал губами, указывая на ехавшую следом машину с фотографами: \"Охрана?\"
Возле деревенского храма мальчишки заорали: \"Туристы приехали!\" -- Но тут же догадались по-другому: \"Кино снимать будут про бандитов!\"
Домочадцы, ожидавшие на даче и предупрежденные, доброжелательно смотрели, как машина влезает в полусгнившие ворота, и терпеливо ждали за обеденным столом главу семейства, который нашел себе очередную игрушку. Женщины были уверены, что я приехал на \"Волге\", только на очень большой.
Если у вас нет \"Роллс-Ройса\". То, возможно, вы и не заметите, где живете. Все остальное, включая Jaguar, Porsche и прочее высококлассное железо, здесь уже ездит, как родное. А RR до сих пор выглядит чужаком, высокомерным и отдельным. И если вы хотите, чтобы вас не смешивали с местными, Rolls-Royce -- в самый раз. Сядьте сзади, откиньтесь и мысленно скажите: \"В Сити, Джек\". Отличный получится театр одного актера и одного зрителя. И не важно, куда на самом деле вы поедете по московской грязище.

ТЕКСТ АЛЕКСАНДР КАБАКОВ, ФОТО ЕВГЕНИЙ ЦОЙ

Rolls Royce Silver Spirit. Год выпуска -- 1996. Впервые представлен в 1979 году. Спустя семь лет, для улучшения аэродинамики, была изменена форма и высота облицовки радиатора, а наружные зеркала заднего вида перенесены с верхней кромки двери на раму бокового стекла. В салоне модели 1996 года более удобно размещены органы управления, радиотелефон и проигрыватель компакт-дисков. Пепельница и зажигалка получили новую облицовку из скорлупы грецкого ореха. Специалистами фирмы \"Косворт Инжениринг\" модернизирована V-образная восьмицилиндровая силовая установка объемом 6.7 литра мощностью 247 л.с. Максимальная скорость -- 214 км/ч, цена (в 1996 году) -- от $100 тыс.
Статья взята из журнала